ВзглядОсобый

Власть, хочешь сниматься в кино?

«Ты видел?» «Все серии? Пятую досмотрел?» «Ну как тебе? Впечатляет, правда?» «Но почему же сняли они и там, а не…» Вот уже не первый месяц множество людей в разных странах мира обсуждают американский сериал «Чернобыль»

Одних зрителей потрясает уже сам факт отображения этой трагедии, других — великолепный сценарий и режиссура Креэга Мазина и Йохана Ренка, третьих — незаурядная игра актеров, четвертых — предельная достоверность натуры, обстановки, костюмов, деталей. Кто-то как бы заново переживает растерянность и ужас того апреля и не может простить давно исчезнувшей власти предательства и обмана, кому-то важнее показ людского терпения и подвига, ну а кое-кто уже требует «не демонизировать великую страну».

Меня этот фильм тоже, не скрою, сильно взволновал. Нет, не только потому, что ухитрился я, в ту пору молодой журналист, хоть и не центральной газеты, пусть и месяцами позже, но выбить «союзную» командировку, поговорить с героями Чернобыля и написать о некоторых из них. Например, о своем земляке, генерале Николае Антошкине, получившем за Чернобыль звезду героя и 600 рентген…

…Ну-ну, спрячьте жальца: я, не дай бог, не примазываюсь. Рабочий эпизод, хоть и сильно запомнившийся. И вообще, подумайте сами, где эти прототипы героев сериала «Чернобыль», и где я?

Хотя, как это где? Да здесь же они, где и мы — в Израиле!

Среди нас, на нашей так называемой «русской улице», живет больше полутора тысяч тех, кого называют ликвидаторами, а надо бы — спасителями. И — не только Украины, Белоруссии, России, Балтии, Восточной или Западной Европы. Невидимая ядерная смерть, не будь она остановлена, добралась бы, будьте уверены, и до «наших Палестин», от Чернобыля не таких уж далеких. А остановили ее эти вот люди. Бывшие военные и мобилизованные запасники, солдаты и офицеры, строители и пожарные, инженеры и врачи, ученые и специалисты, которым кем только не пришлось поработать и чего только не пережить после переезда из Союза в Израиль. А здоровье у большинства этих репатриантов уже было изрядно подорвано, как бы они ни храбрились. Увы, здесь так мало тех, кто это понимает…

И вот что подумалось. Может быть, не художественный, но очень интересный документальный фильм про израильских «чернобыльцев» получился бы наверняка. Сколько было бы в нем историй, судеб, лиц, признаний! По драматизму и правдивости он наверняка не уступил бы уже снятым фильмам.

И знаете, с кого бы я начал, доведись мне писать сценарий? С Юры Штерна. С депутата Кнессета от партии НДИ Юрия Штерна, умницы и смельчака, бойца по характеру и заступника по призванию, а еще — знатока всего на свете, особенно, песен. Человека, которому ничего не надо было рассказывать про героизм и стойкость: он, отказник, и сам знал им цену. Равно, как и про трудности вживания в Израиль все было известно этому «ватику с человеческим лицом».

Почему с него? Наверное, потому, что именно депутат Штерн еще в 90-е начал пробивать закон об израильских «чернобыльцах». Тогда в это никто не верил. Какие еще ликвидаторы? Какие «русские»? Какая радиация и какие болезни? Какие, к черту, льготы? Вы что, с ума посходили? Говорить об этом в стране, где есть и ветераны войн Израиля, и инвалиды ЦАХАЛа?!

А Юрий Штерн шел напролом, обрастая единомышленниками, увлекая людей из своей и других партий, убеждая и вдохновляя самих «чернобыльцев», их общественную организацию — израильский Союз ликвидаторов, руководимый бессменным вожаком Александром Калантырским. И настал тот вечер 27 ноября 2006 года, когда Кнессет единогласно и окончательно утвердил Закон о ликвидаторах аварии на Чернобыльской АЭС, разработанный депутатами от партии «Наш дом Израиль» Софой Ландвер и Юрием Штерном. Это было за без малого два месяца до ухода Юрия Штерна из жизни…

А фильм бы продолжился. Однако в нем, кроме констатации успешных фактов и цифр (ежегодное пособие каждому ликвидатору в размере 5700 шекелей; беспроцентная ссуда на строительство жилья; поправка к закону, позволяющая получать вспомоществование от «Битуах леуми» и владеть автомобилем и т.д.), были бы и невеселые кадры.

К сожалению, попали бы в него сцены с участием чинуш из разного рода комиссий, которые нужно было проходить израильским чернобыльцам, чтобы доказать свое участие в ликвидации последствий аварии на ЧАЭС. А это порой бывало муторно и унизительно.

Антигероями ленты стали бы господа, представляющие могущественные страховые компании Израиля, наотрез отказывающие в обслуживании ликвидаторам, как «клиентам с повышенным риском». И эти кадры перемежались бы съемками, сделанными в Минздраве, представители которого на голубом глазу заявляли, что люди, прошедшие Чернобыль, прямо-таки пышут здоровьем.

Ленту, безусловно, «украсил» бы представитель министерства здравоохранения, который бросил в лицо «этим русским»: «Если кто-то из вас и болеет раком, то не из-за облучения в Чернобыле, а только из-за того, что вы много курите!» Может быть, он вынес этот диагноз, предварительно проведя консилиум с заместителем министра здравоохранения, лидером богобоязненной партии «Яхадут ха-Тора», почтенным равом Лицманом и самим министром (по совместительству главой правительства) Биньямином Нетаниягу? Но отчего у них обоих или у других представителей власти не возникло то, что ныне называется когнитивным диссонансом? Почему же здоровых, с точки зрения Лицмана и Нетаниягу, людей, гонят от себя, как прокаженных, магнаты страхового бизнеса?

Документальный фильм еще многое рассказал бы о грустной судьбе Закона о ликвидаторах аварии на Чернобыльской АЭС, закона Штерна-Ландвер. Вошел бы в него и эпизод обсуждения иска ликвидаторов в БАГАЦе в декабре 2018 года. Одним из новых персонажей стала бы бывший депутат Кнессета от партии «Ха-Тнуа» (Сионлаг) Ксения Светлова, инициатор подачи этого иска от имени Союза ликвидаторов. А касался он многолетнего невыполнения той части закона, где шла речь о центрах по оказании медицинской помощи «чернобыльцам» и обеспечении их социальным жильем. В иске указывалось, что, хотя прошло 17 лет, центры так и не были созданы, и очередь ликвидаторов на социальное жилье безнадежно стоит на месте. Высший суд справедливости дал тогда правительству Нетаниягу 120 дней на исполнение закона… Прошли уже все 180 дней, а счастливый конец этого фильма даже не намечается. Да и до того ль правительству, занятому выборами, дележкой министерских портфелей, хлопотами по «государству Галахи»?

…Вот такое у нас кино — про Чернобыль, про Израиль, про власть и про людей. Будем снимать? Или сначала попытаемся снять тех, кто сделал этот фильм таким грустным?

Лазарь Данович

Метки (тэги)
Показать больше

Статьи на близкие темы

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Обнаружен Adblock

Пожалуйста, поддержите нас, отключив блокировщик рекламы