ВзглядОсобый

Не по закону силы, а в силу закона

На днях бойцы спецподразделения «Дувдеван» захватили палестинского террориста, отпетого хамасовца, уже известного своим бандитским прошлым, который несколько недель назад в ходе операции убил военнослужащего из «Дувдевана», сбросив на него с крыши многокилограммовую плиту. Говорят, что погибший был прекрасным парнем, хорошим сыном, отличным солдатом. Мы помним, что когда это несчастье случилось, и в тот момент террористу удалось скрыться, товарищи и командиры погибшего бойца, вплоть до министра обороны Израиля, обещали, что негодяй будет найден. Была проделана очень большая и очень хорошая военная работа, в результате которой это обещание было быстро выполнено. И теперь убийца… будет неплохо существовать в тюрьме, получать немалое пособие от своих начальников, полагающееся у них за убийство еврея, строить планы на будущие преступления. Вполне возможно, ему удастся реализовать эти планы, если возникнет необходимость в обмене террористов на захваченного израильтянина. Убийца знает, что у него есть немало шансов уйти от ответственности, не платя праведной цены за совершенное преступление. Это придавало ему смелости в его поганых делах. Гарантированное сохранение жизни схваченному террористу вдохновляет его последователей. А почему бы и нет?

Вас устраивает такое положение вещей? Поднимите руку, кого это устраивает…

Ситуация, при которой сохраняется никакой пользы не обещающая жизнь террориста, не абстрактна. Она имеет конкретные имя, фамилию. И должность. Весьма, надо сказать, уважаемую. Речь идет о главе Совета по национальной безопасности Меире Бен-Шабате. Страна должна знать своих героев — Бен-Шабат регулярно снимает с повестки дня кабинета министров по вопросам безопасности законопроект партии НДИ о смертной казни для террористов. По словам лидера НДИ, министра обороны Израиля Авигдора Либермана  речь идет о преднамеренной попытке торпедировать упомянутую законодательную инициативу. Почему глава Совета по национальной безопасности предпринимает такие попытки? Не знаю. Может быть, на такой должности оказался человек с определенными моральными установками. Ну, это, вроде как главным тренером сборной по плаванию назначили бы того, кто просто боится воды. Допускаю, что у нас так и подбирают людей на руководящие посты. Посмотрите на нашего нынешнего министра культуры, сами увидите. А может, что тоже весьма естественно по нынешним временам, глава Совета по национальной безопасности не хочет поддерживать инициативу НДИ, не желая повышать крепнущий в последние дни политический авторитет этой партии. И это возможно. Так, наверное, и надо объяснить не только близким наших сограждан, погибших от рук террористов, но и тем, кому предстоит пережить горе утрат в связи с тем, что кровавым убийцам сохранили жизнь. Мол, мы, высокопоставленные чиновники, это сделали потому-то и потому-то. Вы расскажите об этом людям, может, они и согласятся с вашими доводами.

Трудно все-таки представить себе логику человека, который всячески препятствует проведению такого закона. Даже не закона, соответствующий закон у нас есть, отцы-основатели позаботились об этом. Речь идет о поправке, не упрощающей, но приближающей к суровой реальности практическое применение этого закона – отцы-основатели не предполагали такого разгула террора, они надеялись, что мир станет лучше, разумнее, гуманнее… Увы.

Вспоминается пример из уже достаточно давней истории. Из Африки когда-то беззастенчиво везли рабов для работы на плантациях. Это был чрезвычайно выгодный бизнес. Однако в просвещенной Европе рабство уже давно считалось ужасным достоянием доисторического времени. Причем, дело было не только в самом рабстве. Условия, в которых везли этих несчастных, были, порой, хуже скотских, хуже самого рабства. И хотя человечество в те поры особой моралью не отличалось (да и сейчас еще эти качества оставляют желать лучшего), но просветительство, пресса все же делали свое дело. В конце концов, цивилизованным (по тем временам) государствам безобразие с перевозкой рабов надоело, и они договорились разрешить своим военным кораблям останавливать в открытом море подозрительные шхуны и досматривать их трюмы. И если там находили несчастных, скованных цепями, да еще со следами плетей, то шкипера и его помощников без суда и следствия отправляли на рею. А чего собственно, было церемониться? Улики — налицо. Мера наказания – тоже. Суд присяжных в открытом море? Не смешите наши мачты… В самом лучшем для них случае пойманных с поличным отправляли на каторгу той страны, чей корабль углядел преступный промысел. Участь таких «мореходов» после этого мало чем отличалась от той, которую они готовили тем, кого везли в рабство. И знаете, как-то после этого бизнес с перевозкой рабов захирел. Желающих рисковать собственной шеей становилось все меньше, и вскоре они исчезли совсем. Да, средство было малоприятное, но – действенное.

Я не предлагаю вешать террористов без суда. И не потому, что мне их жаль. Просто, — мы – не они. Но почему мы лишаем суд орудия справедливости?

Не хочу уклоняться от сложности темы. Да, смертная казнь и, тем более, ее применение – вопрос совсем не простой. Да и XXI век на дворе, нравы другие. И в принципе для большинства цивилизованных (по сегодняшним временам!) стран и народов такая мера уже стала неприличным анахронизмом. И я – тоже такого мнения. Но – не для террористов. А уж в военное время…

Террор – абсолютное зло, не имеющее оправданий. Какие нужны аргументы, чтобы остановить процесс физической жизни нелюди, врывающейся в мирный дом и режущего мирных жителей, женщин, детей, стариков? Чем эта особь отличается от бешеной собаки? Только тем, что собаку по-настоящему жаль, она не виновата в своей участи, в нашей необходимости защититься от беды…

Не научившись ненавидеть и пресекать зло, мы не сумеем по-настоящему и надежно защитить добро. Мысль – не новая, но по-прежнему более чем актуальная.

Марк Горин,

гл. редактор газеты «Спутник»

Метки (тэги)
Показать больше

Статьи на близкие темы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Обнаружен Adblock

Пожалуйста, поддержите нас, отключив блокировщик рекламы