В сетиОсобый

Классическая валентинка, запоздавшая по случаю пандемии коронавируса

Ещё пару недель назад мир был глобальным, границы условными, расстояния — преодолимыми. Мы бесконечно летали в отпуска, мотались в командировки, выскакивали на пару дней на день рождения друга или на премьеру любимого режиссёра.

Мы смело покупали билеты и бронировали гостиницы на год вперёд. Планировали круизы. Спонтанно решали прогуляться по Риму или Вене и улетали прямо ночью, без вещей и чемоданов.

Помню, как меня поразила в Москве фраза приятеля, собиравшего пятничную тусовку летом на даче:

— Захвати загранпаспорт, девочка — сказал мне приятель по телефону после того, как объяснил, как доехать к нему за город. — и кинь в машину рюкзак с кроссовками. Мало ли, вдруг найдём дешёвые билеты и рванем куда нибудь.

И мы рванули в тот раз. В Ригу. Ночным поездом. А утром уже гуляли по Домской площади и терли медные носы Бременским музыкантам.
По всему миру с гастролями разъезжали мега звёзды и третьи составы уездных театров. Купить абонемент на фестиваль, который будет следующим летом было разумно, ведь так гораздо дешевле. Никто не сомневался, что фестиваль состоится. И чемпионат. И Мондиаль. И Евровидение. С чего бы им не состояться, право слово.

Мы разучились жить в разлуке. Прощаясь, мы говорили :

-увидимся через три недели на юбилее Нн. Или на Лимуде. Или когда я приеду читать у вас лекцию. Или когда ты вернёшься сюда подписать бумаги для адвоката.

Мы стали обживать дома в нескольких странах. Редко кто говорит «у меня дома». Как правило, мы уточняем «в моем доме в Вильнюсе», «у нас в Черногории» или » Миланская квартира сейчас пустует». Домов теперь много, они расположены в разных странах и это совершенно никому не мешает. Всё живут на две, иногда на три страны. И ездят из дома домой. Через две границы, ночь в поезде, три часа лету, день на машине — это даже и не расстояние. Нормальное бытие космополита в глобальном мире — пытаться вспомнить, в какой из своих квартир ты оставил синюю куртку, в московской или в тель-авивской.

Счастье в свободе. Свобода в движении. Движение — жизнь.
Так мы и жили в аэропортах и на вокзалах, счастливые обладатели удобных загранпаспортов, кредитных карточек в твёрдой валюте и гибкого рабочего графика. Копили мили. Хвастались сверхпрочными чемоданами. Пили традиционный просекко перед вылетом. Делали обязательный чекин и селфи из самолёта.

А романы!!? Какие романы заводил народ! Ведь как это прекрасно — летать друг к другу. Жить неделю в месяц в другой стране. Подгадывать деловые поездки под график любимых. Встречаться на семинарах и съездах. Назначать свидания на стыковочных рейсах. Романтика новых стран, незнакомых городов, встреч и расставаний!
И вдруг все пошло к черту. Сначала были какие то мутные новости о далёких китайцах, нажравшихся заразных летучих мышей. Эти новости ничуть нас не волновали. Мы беззаботно продолжали планировать поездки на каникулы. Потом понемногу стали усложняться правила въезда и выезда. Но мы все ещё не понимали, что происходит. С мерзким скрипом стали опускаться шлагбаумы на границах, бездействовавшие уже два десятка лет. Мы усиленно делали вид, что нас это не коснётся. Эпидемии — это средневековье. С нами такого не может случится, говорили мы. Между тем эпидемия превратилась в пандемию. Заговорили о тысячах заражённых. О погибших. Но мы продолжали не верить.

И вот с грохотом закрылись границы. Самолёты больше не летают. Карантин. Полевые госпитали. Проверки на дорогах. Комендантский час кое где.

Полиция будет проверять, сидите ли вы дома. Священнослужители молятся за избавление от пандемии. Врачи призывают мыть руки и не целоваться.

Наши паспорта, наши деньги и наше свободное время потеряли цену. У кованых ворот новоявленных гетто стоят люди в масках и приставляют ко лбу каждого входящего термометр в виде пистолета. Привет, стимпанк. Голливуд отдыхает.

А между тем у Неё роман. И Он живёт в другой стране. А работает в третьей. В Италии. Они встречались здесь, у неё. Он пробыл здесь неделю. Она отвезла Его в аэропорт за три дня до того, как закрылись границы. Они договорились встретиться очень скоро на конференции в Милане, поцеловались и Он улетел. А теперь Италия закрыта. На площадях стоят карабинеры с автоматами. И Она не сможет полететь к нему. А его не пустят сюда, к ней. И ни в какую третью страну тоже не вылететь. Границы закрыты. Кордоны. Карантин. Комендантский час. Мир снова превратился в лоскутные одеяло удельных княжеств с колючей проволокой на пограничных столбах.

Она сидит передо мной в кафе и плачет. Потому что не знает, когда они смогут увидится снова. Когда и где. Она никогда не жила в мире, в котором невозможно доехать до любимого. Она слишком молода, чтобы знать, что так было не всегда.

Что я могу сказать тебе, моя прекрасная Пенелопа? Учись ткать, сестра, ткать и смотреть на море. Всё пройдёт и твой Одиссей вернётся.

Ткать, плакать и верить, что хитроумный Одиссей найдёт дорогу обратно — это всё, на что мы, женщины, годимся в период пандемии.
Ткать и распускать сотканную ткань, пока все само не закончится. Просто ткать и распускать.

Утри слезы, Пенелопа, давай лучше погуглим, как работает ткацкий станок.

Шуламит Примак

Метки (тэги)
Показать больше

Статьи на близкие темы

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Обнаружен Adblock

Пожалуйста, поддержите нас, отключив блокировщик рекламы