ВзглядОсобый

Как изменился Израиль за 30 лет после приезда Большой Алии из бывшего СССР

Этой теме посвятило огромную статью экономическое издание «Глобс». 

«Прошло тридцать лет с начала Большой Алии из бывшего СССР, — пишет автор статьи Шломит Лан, — практически никто не оспаривает гигантский вклад этих людей в хайтек, науку, спорт и культуру Израиля. Так почему же до сих пор нас сопровождает чувство упущенной возможности?» 

Автор статьи побеседовал с профессором физики Григорием Фальковичем (61), который возглавляет научный комитет Института Вейцмана и занимается исследованиями турбулентности. Семья Фальковича репатриировалась в январе 1991 года, когда на Израиль падали иракские «скады». Тем не менее, с первого дня, по его словам, у них появилось чувство дома.

Но насколько типична  история успеха этой семьи для всей Большой Алии начала 1990-х? Насколько повлиял приезд почти миллиона человек в течение трех лет, что изменило, прежде всего, демографическую ситуацию в Израиле. Большая Алия началась в конце 1989 года, всего с того момента и до конца 2014 года в Израиль приехало 1 миллион и 40 тысяч новых репатриантов из бывшего СССР. Тогда, 30 лет назад, они составляли 12% населения Израиля (15% еврейского населения). Затем перемены стали происходить в таких сферах, как хайтек, экономика, культура, спорт. 

Впрочем, профессор Фалькович считает, что подлинные перемены следует отнести на счет полуторного поколения. Их привезли в Израиль в детском возрасте, и сегодня им 30 – 40 лет. Он вспоминает, как в 1990-е годы, когда его включили в приемную комиссию  физического факультета Института Вейцмана, был постоянный недобор. Сейчас – конкурс четыре человека на место. 30% всех студентов – это полуторное или второе поколение Большой Алии. «Они не говорят с нашим акцентом, но их система ценностей похожа на нашу», — сказал в интервью «Глобс» профессор Фалькович. 

По данным на конец 2014 года, в Израиле проживали 754 тысячи человек, родившихся в бывшем СССР. Если прибавить к этой статистике детей, родившихся в семьях репатриантов, то получится почти миллион – 986 тысяч. Эта категория населения занимает первое место среди всех групп в Израиле по участию в рынке труда – 90,1% трудоспособного населения работают. 

«По-своему отметил 30-летие Большой Алии главный сефардский раввин Ицхак Йосеф, — с сарказмом отмечает автор статьи. – Он поднял скандал на всю страну, когда выступил с грубыми нападками на репатриантов из бывшего СССР, заявив, что среди них есть «сотни тысяч или десятки тысяч конченых гоев, коммунистов, ненавидящих иудаизм, которые ходят в церковь и даже посещают монастыри». 

По данным, которые приводит «Глобс», 68% репатриантов из бывшего СССР являются евреями, 30% — без вероисповедания, и только 2% — христиане (речь идет, в основном, о нееврейских супругах, прибывших в Израиль по Закону о Возвращении). 

А вот Карин Меир-Рубинштейн, президент и гендиректор Израильской ассоциации хайтека, отреагировала на слова главного раввина следующим образом. «Жаль, что была только одна такая волна алии, и что не ожидается еще одна. Алия 1990-х привела в Израиль огромное количество специалистов в области STEM (физики, технологи, инженеры и математики). Благодаря этому у нас появилась отрасль старт-апов, сначала в виде «теплиц», созданных правительством, а потом на основе частной инициативы и инвестиций. Сегодня, когда израильскому хайтеку не хватает минимум десять тысяч специалистов, я бы сделала все, чтобы к нам приехала еще одна такая алия», — заявила она в интервью «Глобс». 

По данным Израильской ассоциации хайтека, с 1990 по 2007 годы доля репатриантов в израильском хайтеке выросла с 20 до 34%, при этом репатрианты из бывшего СССР алии 1990-ых составляли 24% от всех работников хайтека. При этом ультраортодоксы, например, составляют только 1%, арабы – 3%. 

Автор статьи отмечает, что несмотря на высокий процент работников хайтека, выходцы из бывшего СССР нечасто занимают руководящие посты в компаниях и сами их создают. Евгений Дибров, который создал компанию «Арамис секьюрити», недавно проданную за 1,1 млрд долларов, или Шахар Вайсер, создатель «Гетт такси», скорее исключения из правила. 

Карин Меир-Рубинштейн рассказала в интервью «Глобс», что в 1993 году она была в числе основателей компании «Мединол». «В 1996 году, когда мы подписали контракт с американской компанией медицинского оборудования «Бостон сайентифик», у нас 80% работников, включая рабочих на конвейере, инженеров и исследователей, составляли репатрианты из бывшего СССР. Это создало прекрасную атмосферу, людей объединяли культура и ментальность, они были вместе заняты общим делом. Это был сплоченный коллектив профессионалов, полных мотивации к успеху. Они должны были преуспеть, чтобы встать на ноги и поднять своих детей. Мы были очень солидарны с этими стремлениями. Ведь мы все здесь дети репатриантов. И наши родители вели себя точно так же», — рассказывает она. 

Что же думает Карин Меир-Рубинштейн о высказывании рава Ицхака Йосефа? «Мне нравился его отец, но он, к сожалению, не унаследовал у отца ничего полезного», — говорит она. 

Следующим собеседником Шломит Лан был Эли Авидар, депутат Кнессета, который недавно присоединился к партии Наш дом Израиль. Авидар – сам репатриант из Египта. Он представляет тему в ином ракурсе. «В последние годы были выделены миллиарды шекелей, чтобы повторить успех алии из бывшего СССР в хайтеке, включая полуторное и второе поколение. Эти средства пошли на то, чтобы охватить другие группы населения Израиля, но все это закончилось полным провалом. По-видимому, невозможно создать такие курсы, которые заменили бы высокую мотивацию, которую привезли с собой олим из бывшего СССР, нельзя обучить людей самодисциплине, присущей этому сектору», — говорит он. 

Еще один провал государственной политики, на который указывает Авидар, это миллион советских евреев, которые поехали не в Израиль, а в США. «Это был колоссальный провал израильской политики. Еврейские общины США воевали с нами за каждого советского еврея. Детей этих эмигрантов в США сегодня можно увидеть на самых высоких постах в хайтеке, где они добиваются невероятных успехов», — говорит он. Авидар считает, что это упущение можно частично исправить, если Израиль будет привлекать сегодня третье поколение советских евреев из США в Израиль. По его словам, Израиль должен пригласить их в наши университеты, дать им возможность получить у нас бесплатное образование, чтобы они приехали (в Америке выплачивать ссуды на образование они будут много лет). 

Роман Бронфман, бывший депутат Кнессета и активист алии, также беседовал с автором статьи. В свое время он издал книгу «Миллион, который изменил Ближний Восток» вместе с журналисткой «Гаарец» Лили Галили. Он говорит в беседе с Лан, что у алии начала 1990-х не было выбора. Это репатрианты 1970-х годов могли ехать в США, поэтому люди приезжали в Израиль  по своей воле. Из 250 тысяч евреев, которые выехали из СССР в 1970-е годы, 150 тысяч сознательно выбрали Израиль. У Алии 1990-х такого выбора уже не было. «Это было чудо, но не по доброй воле», — отмечает Бронфман. 

По данным отчета, который был составлен в 2012 году по просьбе министра абсорбции Софы Ландвер, самым ощутимым эффектом от прибытия Большой Алии было снижение безработицы. Казалось бы, прибывает огромное количество людей, безработица должна возрасти. В начале 1990-х уровень безработицы в Израиле составлял 9%, а среди новоприбывших он был еще выше. Но в течение нескольких лет рынок создал 500 тысяч новых рабочих мест, и в 1995 году уровень безработицы в стране снизился до показателя 6,8%. 63% Большой Алии были в трудоспособном возрасте (15 – 65 лет). Более половины из них имели свыше 13 лет образования, это почти вдвое больше аналогичного показателя в еврейском секторе Израиля в 1989 году. 

Израиль потратил на абсорбцию Большой Алии около 2 млрд долларов. В то время, как прямой экономический эффект алии, по самым грубым оценкам, составляет 181 млрд шекелей «нетто». 

Роман Бронфман в интервью «Глобс» вспоминает, что под Большую Алию в 1994 году Израиль взял заем на 10 млрд долларов у США. Конечно, эти деньги обусловили соглашениями Осло, но главным, конечно, было стремление США помочь репатриантам из бывшего СССР. Эти деньги пошли не на абсорбцию, а на развитие инфраструктуры, что дало толчок всей стране. Вдобавок к этому, отмечает он, алия способствовала становлению среднего класса в Израиле. Рост цен на недвижимость значительно повысил достаток израильтян-старожилов, которые продавали или сдавали свои квартиры репатриантам. Когда оказалось, что центров абсорбции не хватает, и правительство приняло решение о «прямой абсорбции» (репатриантов отправили снимать квартиры на частном рынке, определив им небольшое пособие на съем жилья), цены на квартиры выросли в три раза. «Эти деньги прошли в карман израильскому среднему классу, который вырастал вглубь и вширь», — говорит Бронфман. 

Далее автор переходит к культуре и спорту, где также вклад Большой Алии трудно переоценить. Лена Крейндлина, генеральный директор театра «Гешер», отмечает, что если бы ей 30 лет назад рассказали, каких успехов добьются актеры алии 1990-х, которые приехали в Израиль, не понимая ни слова на иврите и не зная ничего об Израиле, она рассмеялась бы в лицо рассказчику. «Оглядываясь назад, я не понимаю, как мы решились на создание театра и где были наши мозги», — говорит она. Театр «Гешер» сначала работал только на русском языке, но постепенно стал привлекать и ивритоязычную публику. «Наш иврит звучал очень косноязычно, ведь мы тогда еще не успели выучить язык как следует, — вспоминает Лена в интервью «Глобс». – Это выглядело странно и забавно, и для нас играть на иврите было большим стрессом. Когда Саша Демидов играл в «Идиоте» главную роль на иврите, он спал с наушниками, слушая свой текст на иврите, чтобы запомнить его на уровне подсознания». 

Лена отмечает, что абсорбция не была легкой. Театр сильно изменился за 30 лет. Но пока Евгений Арье, Лена Крейндлина и еще несколько человек, которые составляют костяк, остаются в театре, у него всегда будет «русский акцент», отмечает Крейндлина. 

Автор статьи касается и темы спорта. Она приводит мнение Бени Навэ, который ведет в Фейсбуке группу «Атлетика ахшав». В ответ на высказывания раввина Йосефа Навэ опубликовал пост в этой группе под заголовком: «Олим из бывшего СССР и их огромный вклад в израильский спорт». Например, прыжки с шестом в Израиле как вид спорта не существовали. В 1978 году был один прыгун, тоже репатриант, Карло Рафаэли, который взял  4,4 м. Но в начале 1990-х с прибытием Дани Краснова, Константина Семенова и Алекса Авербуха, этот вид легкой атлетики прочно вошел в израильский спорт. «Первая шестерка по прыжкам с шестом в Израиле – выходцы из бывшего СССР. И все это благодаря тренерам Валерию и Павлу Коганам».  

Навэ отмечает, что 9 из 21 национального рекорда среди мужчин и 6  среди женщин принадлежат репатриантам из бывшего СССР, не говоря уже о вкладе, который внесли тренеры, приехавшие с Большой Алией. Это практически все виды легкой атлетики. «На последнем чемпионате Европы, — пишет Навэ, — было 8 израильских спортсменов. Так вот, с ними приехало 7 тренеров, из которых пятеро – репатрианты из бывшего СССР». 

История абсорбции в Израиле спортсменов и тренеров была очень непростой. Было много обид и поражений. Часто их встречали в Израиле недоверием, а порой и враждебно. 

«Конечно, был сбой системы. Мы не принимали их как следует, не поддержали их, не нашли бюджеты. Большинство из них покинули спорт, так как нужно было зарабатывать на жизнь. Это был провал израильской политики, они не достигли результатов и рекордов, которых могли бы добиться. А их тренеры не смогли передать свой опыт следующему поколению израильских тренеров», — отмечает последний собеседник автора статьи Ами Баран, председатель Федерации легкой атлетики Израиля.  

Михаил Вайберг

Метки (тэги)
Показать больше

Статьи на близкие темы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Обнаружен Adblock

Пожалуйста, поддержите нас, отключив блокировщик рекламы