ВзглядОсобый

Цена бездушия

Он провисел двое суток в петле в нежилой комнате военного общежития. За эти долгие двое суток его не хватился никто: никому не было интересно, где сейчас находится уволенный из армии солдат-одиночка с 21 профилем. А самое главное – никого не интересовало, что творится в душе одинокого репатрианта из СНГ.

Сведения о парне выдают довольно скупо: известно, что мать его живет где-то на просторах бывшего СССР, отец – в Израиле, но с ним не общался, даже не знал, что сына демобилизовали из-за проблем с психикой, армия считала, что раз он уже не служит, то и отвечать за него не надо. Не хочется приводить старую русскую поговорку про «с глаз долой – из сердца вон», но приходится, иначе и не скажешь.

А ведь всего этого могло бы и не быть. Да, фраза стандартная, но от этого не менее верная. Как рассказала экс-депутат Кнессета от партии НДИ Юлия Малиновская, когда Авигдор Либерман стал министром обороны Израиля, то обнаружил, что в этом ведомстве никто не только не занимался солдатами-одиночками, но и не поддерживал связь с различными общественными организациями, такими, например, как организация волонтеров для помощи этой категории военнослужащих – «Большой брат».

Организации сами по себе, министерство – само по себе, в результате молодые люди оказывались предоставлены сами себе.

Ю. Малиновская: «Когда мы с министром встретились с представителями добровольческих организаций помощи солдатам, они сначала не поверили, что это происходит на самом деле – до этого с ними в контакт никто не входил. И уж совсем шоком было, что Либерман внимательно слушал, записывал то, что говорилось, и вообще посвятил этому очень много своего времени».

Проблема с выброшенными (да-да, употребим именно этот термин) из армии всегда крайне остра, особенно, если присвоен 21 профиль.В Армии обороны Израиля существует десять профилей, определяемых путём медицинской проверки при призыве на службу.

Призывник годен в боевые войска — это 72 (профиля 100 не существует). Наивысший возможный профиль 97. Негодным к службе (прежде всего по психиатрическим причинам) присваивают профиль 21.

Служба в любой армии – дело не простое. Израильская – не исключение. При этом в боевые части, где психическое напряжение крайне высоко (не говоря уж о физических нагрузках), традиционно высокий конкурс. Вот и этот парень начинал служить в боевых частях, но в силу ряда причин психика, судя по всему, не выдержала, он впал в депрессию, понадобилась помощь армейского психиатра. Сначала его перевели в небоевые части, а затем и вовсе уволили из армии.

Состояние обострилось. Молодому человеку, привыкшему за три года находиться в строгой и четкой системе нелегко приспособиться к «гражданке», на которой приходится все начинать сначала. Особенно, если тебя уволили раньше положенного срока.

Особенно по психиатрическим причинам. И вот тут-то и пригодилась бы работа тех, кто профессионально занимается этими проблемами – добровольческих организаций.

Активист организации «Большой Брат» Давид Веретеха: «Министерство обороны обычно передает нам сведения о тех, кто демобилизовался с теми или иными проблемами, но вот почему-то как раз о тех, кому присвоен 21 профиль, нам не сообщают.

А как мы можем узнать об этом? Да, мы постоянно работаем с воинским общежитием в Хайфе, но как мы можем узнать, что именно вот этому парню присвоен профиль «психиатрические проблемы»? Никто ничего не сказал».

Ю. Малиновская: «Я уж не говорю – передать сведения в социальные службы, но хотя бы в волонтерские организации! Момент демобилизации вообще критический, а уж если по 21 профилю…

Пару недель назад мы встречались с волонтерами, они поднимали такие вопросы, о которых мы раньше не имели представления, скажем, не только по проблемам солдат-одиночек, но и проблемам тех, у кого нет семейных отношений (на иврите «хасрей орех мишпахти»), скажем тех, кто решил порвать с ультра ортодоксальной средой.

И это тоже проблемы, которые требуют решения!То, что произошло, не должно было произойти ни при каких обстоятельствах, ведь добровольческие организации и помогали в лечении, и сажали на самолеты, если надо, и устанавливали контакт с семьями – но для всего этого они должны хотя бы иметь информацию о таких людях! А у нас легче запустить луноход, чем решить человеческую проблему».

Двое суток висел никому не нужный парень в нежилой комнате военного общежития в Хайфе. Никто не знал, что у солдата-репатрианта творилось в душе, никто не призвал к нему на помощь тех, кто на самом деле мог бы помочь и предотвратить трагедию. Ценой бездушия стала человеческая жизнь.

Александр Виленский

Метки (тэги)
Показать больше

Статьи на близкие темы

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Обнаружен Adblock

Пожалуйста, поддержите нас, отключив блокировщик рекламы