ОсобыйСлово эксперта

Взрывная сила формулировок

Какие мины замедленного действия удалось обезвредить при подготовке Закона о национальном характере государства

Кнессет принял во втором и третьем чтении Закон о национальном характере государства Израиль. Закон нужный, положительный, знаковый. Он придает наконец, спустя 70 лет после провозглашения независимости, конституционный статус сионистской мечте – о возвращении еврейского народа на свою историческую родину и построении здесь национального очага. И вместе с тем возникли обиды – например, со стороны друзской общины, других секторов израильского общества, которых вполне можно было избежать.

Декларация была мудрее

Закон о национальном характере государства зародился в недрах Ликуда. Он — продукт правящей партии. Влияние других партий коалиции на этот закон было ограниченным. Огромными усилиями нам, фракции НДИ, удалось внести три существенные поправки.

Наша фракция выдвигала свой законопроект о национальном характере государства. Он основывался на Декларации Независимости Израиля, и в нем говорилось, что Израиль является еврейским национальным государством при полном равноправии всех граждан. Наш законопроект, наряду с законопроектом Бени Бегина, был отклонен правящей партией. На мой взгляд, зря. Кстати, эти два законопроекта были очень похожи, просто наш вариант был более развернутым, чем у Бени Бегина.

Если бы Кнессет утвердил наши формулировки, то мы достигли бы того же эффекта, только без обид, скандалов и протестов. Не было бы всей этой напряженности. Можно было сделать формулировки более комфортными для всех групп населения. Когда мой коллега по фракции Хамед Амар – друз, который был ранен во время службы в боевых частях, опытный парламентарий и патриот Израиля, — настолько возмущен, что вопреки коалиционной дисциплине голосует против, для меня это показатель несовершенства этого закона. Но могло быть и хуже.

Нам, парламентариям от НДИ, удалось в ходе прохождения закона обезвредить настоящие мины замедленного действия, содержащиеся в нем.

Государство — национальное, а не религиозное

Когда я впервые прочел подготовленный Ликудом законопроект, он мне совсем не понравился. У него была яркая религиозная окраска. Во многих формулировках слово «еврейский» понималось в его религиозном, а не национальном смысле. Например, законопроект придавал особый статус еврейскому праву. С нашей точки зрения, это был первый проблематичный момент. Под нашим давлением, этот параграф убрали полностью.

Еврейское право не упоминается в Законе о национальном характере государства. Мы ничего не имеем против еврейского права, признаем его культурное и историческое значение для еврейского народа, но оно не может получить конституционный статус, чтобы в будущем на нем основывалось какое-либо законодательство в Израиле. Это была наша первая победа.

Репатриация – по закону, а не по Галахе

Вторую проблему мы усмотрели в формулировках параграфа о репатриации. Они отличались от формулировок Закона о возвращении, которые исходят из Декларации Независимости.

Если бы законопроект прошел в своем начальном виде, то это открыло бы форточку для спекуляций насчет того, кого считать евреем, и, значит, кто должен иметь право на репатриацию в Израиль. Здесь мы тоже были непреклонны — и коллегам из правящей партии пришлось принять нашу позицию.

Это была вторая победа. В Законе о национальном характере государства параграф о репатриации полностью соответствует Закону о возвращении и Декларации Независимости. Для нас было очень важно, чтобы тема репатриации в Израиль получила, наконец, конституционный статус.

Поселения – без дискриминации

И третья проблема – это, конечно же, скандально известный параграф 7-«бет», позволяющий любой группе населения создавать свои «однородные» населенные пункты. То есть фактически любой поселок у нас получил бы право проводить селекцию жителей.

На заседании комиссии, где обсуждался этот параграф, я рассказал коллегам один случай, которым в свое время занималась партия НДИ. Поселение Кдумим в Самарии отказалось принять семью новых репатриантов из России на том основании, что жена была нееврейкой, и супруги состояли в гражданском браке. В конце концов, под давлением общественного мнения поселение пересмотрело свое решение — и репатриантам позволили поселиться в Кдумим.

Но параграф 7-«бет» открывал широкие двери для такой дискриминации. Если везде начнут проводить отбор по национальным, религиозным или иным признакам, то новые репатрианты, вне всяких сомнений, пострадают в наибольшей мере. Даже больше, чем арабы и другие национальные меньшинства.

Мы не готовы были поддержать идею раздельных населенных пунктов в таком формате — и тогда бы законопроект не прошел. Вместо этой ужасной формулировки мы внесли другую — которая  говорит о развитии поселенческой деятельности в стране Израиля.

Мы — один народ

В целом ряде статей закона под нашим давлением были изменены формулировки, чтобы понятие «еврейский» имело национальное, а не религиозное значение. Нам удалось отбиться от всех религиозных надстроек.

В каждом конкретном случае мы настаивали на этом подходе — национальном, а не религиозном. Ведь цели и задачи Закона о национальном характере государства вовсе не в том, чтобы завтра начать галахические проверки всех граждан. Папа еврей, мама еврейка — с точки зрения государства нет никакой разницы. Если ты подпадаешь под Закон о Возвращении — ты еврей, гражданин еврейского государства. Ты израильтянин.

Одед Форер,
депутат Кнессета от партии НДИ

Метки (тэги)
Показать больше

Статьи на близкие темы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Обнаружен Adblock

Пожалуйста, поддержите нас, отключив блокировщик рекламы